Сенат Университета Нови-Сада не переизбрал двух профессоров Сенат Университета Нови-Сада за один день превратил кадровую процедуру в политический детектив: двое известных преподавателей лишаются должностей, а университет раскалывается между лояльностью и протестом.

Как прошло голосование

4 июня сенат Университета Нови-Сада не переизбрал Владимира Михича на должность профессора Философского факультета. В провластных медиах его сразу окрестили «блокадером», вынося в заголовок формулу: «Блокадер Михич не избран в должность профессора, следующим будет Грухоньич».

Параллельно, как сообщают оппозиционные издания, сенат не переизбрал и профессорку Елену Клеут, также связанную с критическим крылом внутри университета.

Ответ Михича: это не конец, а начало

Уже 5 июня Михич выступает перед сотнями студентов и коллег у здания Ректората и формулирует совсем иную интерпретацию: он и Клеут — не эпизод, а «начало расправы» над критически настроенными сотрудниками. По его словам, в «авторитарных и тоталитарных обществах» такие, как они, — «скорее правило, чем исключение».

Михич утверждает, что решение приняла «злая группа» в Ректорате, которую их работа «за последние шесть лет осрамила», и теперь их используют как «пример, который должен запугать всех остальных на университете». Он критикует тайное голосование: «Ни храбрости поднять руку, за параваном в тишине заокружили что‑то, чтобы показать вам, что они большинство… Вы — большинство и вы должны им противостоять».

Академический ответ: не молчать

Его коллега Боян Бодрожа предупреждает, что увольнение не должно стать сигналом «молчать, не возмущаться и не критиковать». Она напоминает, что социальная психология, которой занимается Михич, выросла на изучении Второй мировой войны, авторитарных обществ и медийных манипуляций, и потому «быть социальным психологом и сегодня не выступать ясно и громко против того, что происходит в обществе, просто невозможно».

Бодрожа уверяет, что ценности критического мышления переживут кадровые чистки: «Может, они могут уволить одного социального психолога, двух или трёх, но будьте уверены, что критические голоса на этом факультете и дальше будут слышны».

В итоге университет оказывается между двумя версиями: для провластного лагеря это «неизбрание блокадера», для оппозиции — старт кампании запугивания критиков. Пока сенат молчит, улица и аудитории уже выбрали язык конфликта.